Великая афера Китая «Один пояс — один путь» — Фукуяма

Сегодня западные институты развития завязли в бюрократии и оценках рисков, теряя время и деньги. Китай же заполняет свободные ниши и уже доминирует. Об этом пишет Фрэнсис Фукуяма, аналитик, американский политолог.

Фукуяма, политолог, автор фундаментального труда «Конец истории», впервые нарушил свой обет молчания. В своей аналитической работе о китайском проекте «Один пояс — один путь» он раскритиковал в пух и прах инициативу Си Цзиньпина.

Приводим дословный перевод его статьи.

Китай меняет мир

«Западные политики всерьез обеспокоены тем, что инициатива китайского руководства «Один пояс — один путь» коренным образом изменит геополитический ландшафт мира в свою пользу.

КНР, в свою очередь, массированно вкладывает инвестиции в развитие различных стран мира, чтобы усилить свое глобальное влияние.

Масштаб китайских инвестиций в мировой истории не имеет прецедентов

К финансированию проектов привлечены 3 гиганта – Китайский банк развития, ЭКСИМ-банк КНР и новое целевое образование Азиатский банк инфраструктурных инвестиций.

Если проанализировать китайскую экономическую политику и выдвигаемые ими инициативы, можно с уверенностью сказать, что их истоки были заложены более 20 лет назад. Кроме того,

первенство в сфере экономики Запад добровольно уступил КНР

Причем не в результате своей внешней политики, а в силу особенностей реализации политики на своем внутреннем рынке. Проектам, которые Запад мог бы реализовать в развивающихся странах, мешают те же факторы, которые сдерживают развитие США и Европы.

Что же касается Китая, его подход к финансированию проектов за пределами своей республики является аналогичным отражением развития самой Поднебесной.

Проекты Пекина нежизнеспособны

Свои проекты китайцы оценивают с точки зрения воздействия, а не жизнеспособности. Они склонны переоценивать экономический эффект, но недооценивают потенциальный риск от таковых, будь то риск экономический, социальный или экологический.

Противоположны подходы Запада — их бизнес фокусируется на тщательной и всесторонней оценке всех последствий, что в свою очередь защищает интересы людей развивающихся стран.

Однако западные институты стали настолько одержимы вопросами предотвращения или избежания рисков, что время и финансовые затраты на реализацию проектов стали расти в геометрической прогрессии.

Западным правительствам и многосторонним институциям, к примеру Всемирному банку, посредством которого США и Европа усиливают свое влияние, следует делать процесс всесторонней оценки последствий от реализации проектов более гибким и мобильным. Конечно, если у них все еще есть желание отстоять экономику и не отдать первенство китайским монополиям.

Мощный рост Поднебесной

За последние две декады китайские строительные компании поднялись до высочайшего уровня в международной инфраструктурной индустрии. Они фактически доминируют, оставив далеко позади своих конкурентов.

Практически все китайские компании в рамках реализации стратегии КНР «Выход в свет», разработанной с целью поощрения вкладов инвестиций в другие страны, пользовались эксклюзивным финансированием. Таковое предоставляли китайские двусторонними финансовые учреждения, поддерживаемые правительством Китая.

Фото из открытых источников
Доля таких финансовых организаций выросла примерно с 25% в 2002 году до более 75% в 2016. Тогда же общий объем активов Китайского банка развития и ЭКСИМ-банка вырос настолько, что

стал в 3,5 раза больше совокупной стоимости всех активов шести основных международных и региональных фининститутов

А именно — Международного банка реконструкции и развития, Азиатского банка развития, Африканского банка развития, Американского банка развития и Международной финансовой корпорации.

Западные обозреватели отмечают 3 преимущества Китая перед Западом.
Первое – это авторитарное государство, которому не требуется осторожничать в работе с акционерами.

Второе – внешняя политика Китая, в рамках которой республика строит инфраструктуру, предоставляя займы.

Третье – внутренняя промышленная политика, нацеленная на поддержку отечественных строительных компаний.

Сказанное выше представляет собой скомбинированную группу факторов, которые вносят свой вклад в общую картину. Однако только на их основании

невозможно объяснить, насколько успешно, всесторонне и всеобъемлюще Китай реализует свои инициативы

Пекин опутал займами весь мир

Изначально рост объемов займов со стороны китайских финансовых институтов имел место только в странах с авторитарными режимами — например, в Венесуэле и Эфиопии. Однако сегодня Китай зашел со своими деньгами на рынки демократических стран, свидетельство чему развитие дорожной сети на Балканах и в восточной части Европы.

Пекин может использовать инфраструктурные проекты для своего политического влияния. Но степень воздействия от такой дипломатии очень часто переоценивается. Предлагаемые Китаем

инвестиции заманчивы, однако после ввода проектов в эксплуатацию они не дадут эффективного выхлопа

В то время как элиты третьих стран захвачены перспективами, которые им обрисовали китайцы, у простого народа многие проекты вызывают глубокое отчуждение и негатив. Пример — Аргентина, Мьянма и Шри-Ланка, где

сделки Пекина с местными авторитарными и популистскими лидерами уже привели к дискредитации власти самого Китая

Китайцы пошли своим путем

Объяснение растущего китайского доминирования в глобальном инфраструктурном развитии заключается в том, что

компании и лидеры Китая практикуют фундаментально другой подход,

нежели их западные коллеги. Это касается и внутренних, и внешних рынков. Финансовые институции Запада сегодня страдают от бремени прошлого. От ушедшей теперь эры, когда они были единственными банками на земле, куда могли обратиться за кредитами развивающиеся страны. Проекты всегда оценивались с точки зрения совокупных экономических выгод от их реализации и с точки зрения расходов, обеспечения возврата вложенных средств.

Начиная с 80-х годов прошлого века, в расчет стали браться природоохранные и социальные расходы, а также на обеспечение безопасности труда и другие. Все это дополнение к выделенным узконаправленным финансовым средствам. К тому, что экономисты называют «негативными внешними факторами».

Учет этих факторов посредством применения жестких условий и формальностей является критически важным условием в том случае, если проект принесет обществу чистую выгоду. Но эти расходы должны быть сбалансированы с выгодами в виде надежного электроснабжения, чистой воды и общего экономического роста.

Финансисты совершили ошибки

На Западе в области условий и формальностей «негативных внешних факторов» с течением времени произошли значительные изменения. Под руководством Всемирного банка все западные финансовые институты

ввели более строгие и обременительные требования к заемщикам в области обеспечения условий и формальностей

В период 90-х — начала 2000-х Всемирный банк стал все больше требовать от заемщиков, чтобы те соответствовали стандартам охраны окружающей среды. Таким образом обеспечивался экспорт этих стандартов из стран-доноров в страны-заемщики.

Это породило возникновение новой индустрии на Западе – НПО, которые стали лоббировать изменения

в те проекты, которые могли попасть в орбиту финансирования Всемирного банка. Подобные лобби возымели вполне измеряемый эффект на программы предоставления займов Всемирным банком на развитие третьих стран.

Международный банк реконструкции и развития, главный займовый оператор Всемирного банка, в 80-90 годы прошлого века сократил заимствования с 25 до 16,6 млрд долларов в период с 2000 по 2009 гг.

Однозначно, что падение спроса на займы объясняется запредельно жесткими и требовательными формальностями в части социальных, природоохранных, фидуциарных обязательств. Это существенно

замедлило процесс предоставления средств и увеличило нагрузку на заемщиков по возврату финансирования

Таким образом, крупнейший в мире институт развития стал выходить из бизнеса инфраструктурного финансирования. Это «вдруг» совпало с появлением на рынке китайских государственно-частных банков.

В 2010 Всемирный банк провел внутренний аудит, в результате которого решил реформировать свои условия, требования и формальности, чтобы вернуть утраченное доверие со стороны заемщиков.

Реформа природоохранной политики стала своего рода метафорой проблем, в которых завяз Всемирный банк, пытаясь воплотить новые инициативы.

Его новая рамочная природоохранно-социальная структура потратила более шести лет на разработку документа, который, по сути, стал пересмотром положений 2010 года. Есть надежда, что эта новая структура приступит к работе в этом году…

США наступили на те же грабли

Многие горькие уроки, которые пережил Всемирный банк, относятся и к американским двусторонним программам по займам. Руки американских институтов развития в последние 20 лет крепко связаны с внутренними политическими вызовами.

Консерваторы критикуют власть за безумные траты и корпоративное благосостояние. Либералы ругают правительство за инвестиции, которые не предусматривают расходы на экологию и социальную сферу.

В 2015 были отозваны мандаты на предоставление займов у Корпорации частных зарубежных инвестиций и ЭКСИМ-банка США. Дело в том, что республиканцы организовали на эти два фининститута мощное оппозиционное давление в Конгрессе.

Кстати, недавно обе организации стали фигурантами исков, возбужденных против них природоохранными НПО США. Суть — они предоставляли займы на реализацию международных проектов в области добычи твердого и горючего топлива.

Примером более-менее скоординированного подхода стала инициатива Power Africa при администрации Обамы в 2013 году. Однако по состоянию на конец 2017 года выделенные средства были просто-напросто перенаправлены из уже существующих одобренных программ развития. Таким образом, целевая программа президента США не получила ни одного нового доллара. В противоположность этому,

Китай за последнее десятилетие выдал 60-70 млрд долларов новых займов южным странам

Непрозрачные займы

Является ли доминантная модель Китая лучшей для получающих займы стран? В течение десятилетий КНР активно вкладывал в свою инфраструктуру и довел этот сектор экономики до высочайшего уровня.

К 2016 году общий объем валовых вложений КНР в основные фонды составил больше 45% ВВП

Этот внутренний инфраструктурный прорыв наложился на драматически большое увеличение задолженности регионов. В 2014-2015 годы правительство КНР пыталось как-то решить эту проблему. Затем власти потребовали, чтобы китайские

банки рефинансировали долги местных исполнительных органов под оговоренный процент в обмен на суверенные гарантии

Которые, будучи успешными в предотвращении кризиса, на деле просто перешли в безнадежные долги местных правительств и легли на плечи центрального бюджета.

Эта стратегия может объяснить, каким образом Китай финансирует зарубежные проекты.

Первое. Стороны, получающие китайские инвестиции, – суверенные государства. Логика проста — если плохие долги будут копиться за пределами КНР, у правительства страны-заемщика будет меньше инструментов, чтобы решить свои проблемы.

Второе. В своих заграничных проектах Китай не всегда учитывает негативные внешние факторы, связанные с инфраструктурным развитием, но которые учитывает на внутреннем рынке.

Западные обозреватели обвиняют государственно-частные банки Китая в реализации «дипломатии долговой ловушки»,

в которую они затянули, например, Венесуэлу, предоставив ей более 60 млрд долларов, или Шри-Ланку, которая получила 8 млрд долларов на проекты, оказавшиеся экономически нежизнеспособными. Не учитывая при этом, что

китайские банки теряют невообразимые суммы денег в обеих странах

Последние экономические обзоры говорят, что

мир буквально «замусорен» проектами, деньги на которые дал Китай,

но которые объективно не в состоянии нормально функционировать в финансовом поле.

Это значит, что займы на строительство объектов или не возвращаются, или в случае суверенных гарантий со стороны стран-заемщиков, являются для них обузой.

Может показаться, что Венесуэла при таком раскладе реально эксплуатирует Китай, а не наоборот

Программы предоставления займов китайскими государственно-частными банками — относительно молодые образования. Но они уже демонстрируют признаки турбулентности — например, программы ЭКСИМ банка Китая, который финансирует проекты исключительно за пределами КНР. А вот Банк развития Китая до 70% своих займов направляет в проекты внутреннего рынка.

Займодатели попадут на крючок

В 2015 году минфин Китая перечислило ЭКСИМ-банку и Банку развития 90 млрд долларов, эта сумма была разделена между ними примерно поровну. Министерство сообщало, что до этих вливаний платежеспособность Банка развития была ниже 9% и всего лишь 2,26% у ЭКСИМ.

Займы китайских банков, поддерживаемых правительством Китая, как правило, характеризуются отсутствием прозрачности

Большое количество проектов, профинансированных такими банками, было реализовано посредством прямых переговоров. Зачастую непонятны условия займов. И что важнее, непонятно,

обеспечиваются ли такие займы суверенными гарантиями или же заведомо выдаются «без права взыскания»

На деле это означает, что возврат займа зависит исключительно от самого проекта, а в случае дефолта займодатель попадает на крючок. Такой порядок вещей затрудняет процесс подсчета суммы задолженности заемщика и мешает китайским банкам точно оценить риски и их влияние на обязательства.

Если реальной целью программ развития Китая является распространение своего влияния, то на этом фронте успехи инициатив спорны.

Сегодня многие страны, являющиеся крупнейшими получателями займов, имеют с КНР не самые лучшие отношения

За исключением Пакистана и стран Азии, которые, получив инвестиции, постепенно сместили свои стратегические приоритеты на Индию, Японию и США.

Китай не догнать?

Западным финансовыми институтам развития следовало бы больше анализировать свои программы, нежели смотреть, как Китай реализует свои инициативы. Многосторонние инфраструктурно-финансовые институции должны перестроиться, чтобы соответствовать той реальности, в которой они уже не являются единственным источникам денег.

Им следует продвигать прозрачные конкурентоспособные проекты без скрытых суверенных гарантий и заоблачных требований к тем, кому нужны займы.

Для того чтобы активно развивать международные проекты, финансовые организации Запада должны быть защищены от внутренней политики собственных правительств.

Сегодня западные институты развития завязли в бюрокартии и оценках рисков, а Китай быстро заполняет свободные ниши».